fbpx

«Во имя войны» — новое эссе Артура Хейса

07.09.2022 09.09.2022
15 мин
2969
20
Новое эссе Артура Хейса - Во имя войны

Перевод статьи Артура Хейса «For the War»

Любые взгляды, выраженные ниже, являются личным мнением автора и не должны служить основанием для принятия инвестиционных решений, а также рассматриваться как рекомендация или совет по участию в инвестиционных сделках

Статья в двух предложениях

В новом эссе Артур Хейс готовит нас к Третьей мировой (да-да, такой он паникер). Он рассказывает, как участники Второй Мировой управляли ресурсами — блокировали капитал внутри страны и распределяли продовольственные пайки. Что-то похожее может ждать нас совсем скоро. Но есть способ спасти свои капиталы. Ведь биткоин «невидимый и невесомый». Это единственный актив, который можно спрятать от государства.

Ты патриот?

Ты клянешься в верности флагу?

Ты старый коммуняка?

Ты капиталистическая свинья, воюющая на стороне империализма?

Ты бешеная собака для врага?

Ты из пятой колонны, скажи честно?

Ты буржуазный интеллигент, враг простого человека?

Ты готов поспорить с этими обвинениями? И если да, то как ты продемонстрируешь свою уверенность в победе над врагом?

Что ты будешь делать во имя войны?

Вот что написал гангста-инвестор Золтан Позар в своей статье «Война и процентные ставки»:

«Война — вещь инфляционная.

Войны бывают разных видов и форм. Есть горячие войны, холодные войны и то, что Пиппа Мальмгрен называет горячими войнами в холодных местах — в киберпространстве, космосе и глубоко под водой. Мы также добавим к списку холодных мест «коридоры силы» в Вашингтоне, Пекине и Москве, где великие державы ведут войны за технологии, товары и ресурсы — это горячие экономические войны. В последнее время они внесли основной вклад в инфляцию»

А вот цитата из его статьи «Война и промышленная политика» от 24 августа 2022 года:

«Война означает промышленность.

Войны нельзя вести там, где есть цепочки поставок для глобализированного мира. Воюют там, где производство находится на далеких маленьких островах в Южно-Китайском море. И там, откуда товары можно перевозить кораблями»

Я очень рекомендую разыскать и прочитать эти эссе полностью. Золтан лаконично описывает нынешнюю глобальную войну, в которую вовлечены центральные политические силы. На первый взгляд война может восприниматься как противостояние между Украиной и Россией. Но не заблуждайтесь: втихаря ведется многогранная экономическая война между главными флагами мира. За закрытыми дверями альянс США/НАТО (ЕС) сражается против России/Китая.

(Ради справедливости, сейчас в мире идут и другие войны. Я не хочу сбрасывать со счетов жизни, потерянные в этих конфликтах, — но они не имеют таких же глобальных последствий, как конфликт между НАТО и Россией с Китаем. Когда ядерные державы сходятся в схватке, весь мир должен обратить на это внимание. В конце концов, на карту поставлено дальнейшее существование человечества).

На грани

Сейчас я донесу до сознания серьезность нынешнего конфликта. Мой макро-папа Феликс опубликовал тревожную диаграмму прошлых крупных конфликтов между признанным гегемоном (гегемонами) и многообещающими претендентами.

Статистика- случаи которые закончились войной

Тут 16 перечисленных случаев, и 75% из них закончились войной. История не на стороне человечества. Если мы надеемся избежать крупного конфликта, шансы тут малы.

В шедевре Дейла Коупленда «Экономическая взаимозависимость и война» я прочел изумительную вещь:

«Гитлер признал, что экономический стимул, обеспечиваемый перевооружением, никогда не сможет стать основой здоровой экономики в долгосрочной перспективе. Поэтому он еще больше развил дилемму снабжения:

«Государства, существование которых зависит от внешней торговли, имели выраженную военную слабость. Внешняя торговля велась по морским путям, которые контролировала Британия, поэтому вопрос войны был скорее вопросом безопасности транспорта, чем вопросом иностранной валюты. Это выявило во время войны полную слабость нашего продовольственного положения. Единственный полезным итог всего этого заключалось в приобретении больших территорий для жизни».

История никогда не повторяется, но она рифмуется. Я не говорю, что Коммунистическая партия Китая похожа на нацистов, но Китай столкнулся с похожей дилеммой. Вся его морская торговля зависит от молчаливого одобрения Америки, которая командует самым мощным морским флотом. Технически Китай обладает самым большим военно-морским флотом в мире, но он непропорционально полагается на более мелкие классы кораблей и не обладает такими же возможностями для ведения войны в открытом океане и в глубоких водах. Если бы Америка того пожелала, она легко бы отрезала доступ к Малаккскому проливу, важному морскому пути, по которому проходит значительная часть китайской торговли. Америка также может отрезать восточное побережье Китая, где сосредоточена вся экономическая мощь Китая, благодаря союзу с Японией.

Если смотреть через эту призму, то торговая война между Америкой и Китаем имеет некоторое сходство с ситуацией в мировой торговле Германии и Великобритании почти столетие назад.

Сила государства

Когда идет война, государство имеет приоритет. Какими бы ни были довоенные правовые нормы, в военное время государство берет все, что ему нужно. У него должно быть все необходимое для ведения войны. В итоге частный сектор, как правило, вытесняется из широкого круга товаров и услуг.

«Но ведь это противозаконно!», — возразите вы. «Моя страна не может на такое пойти только потому, что это полезно в военное время». Напомню таким читателям, что пандемия COVID-19 тоже была войной. Какая из стран не урезала личные свободы в праведной борьбе с невидимым вирусом? Носите маску, вводите в свое тело наспех созданную «вакцину», оставайтесь дома, не ходите на похороны близкого человека, никаких посетителей в роддоме и т. д. Все ныли и стонали, но в конечном итоге все делали то, что им говорило государство.

Когда внутренняя экономика не может производить достаточно товаров и услуг для поддержки государства и частного сектора, государство начинает выплаты людям в виде государственных фиатных денег. По мере продолжения войны эти деньги становятся все менее ценными, а товары все труднее достать. Во время предыдущих тотальных мировых войн нехватка молока, хлеба, масла, сахара и рабочей силы зашкаливала, и спрятаться было негде. Во время нынешней глобальной экономической войны у нас уже есть дефициты, просто они выглядят немного по-другому. У нас закончились полупроводниковые чипы, маски, детские смеси и оружие. Выхода нет (или, по крайней мере, не было в прошлом — но об этом позже).

В военное время либо есть буханка хлеба, либо нет. В военное время банки либо открыты, либо нет. В военное время, если вы хотите путешествовать, у вас либо есть правильный штамп в паспорте, либо его нет. В военное время ключевое значение получает ДОСТУП. А цена уже второстепенна. Все основные товары и услуги в войну имеют неэластичную кривую цен.

Итак, мы вступаем в Третью мировую войну и будем сражаться в нетрадиционных окопах — офисах и дома. Теперь вопрос: как мы — как частные лица — можем защитить себя и свои семьи от дихотомии «все или ничего», которая доминирует в военное время? Если исчезла традиционная правовая защита, то как мы можем защититься от государства, которое требует наши ресурсы из-за… войны?

Раньше многие считали, что лучший способ сделать это — хранить деньги в «твердых» валютах, то есть, в золоте. Но государство знает о ваших планах. Желая получить из этого выгоду, государство (в данном случае США) объявило частную собственность на драгметаллы вне закона. Они вынудили владельцев золота продавать свои самородки правительству по заниженным ценам.

Некоторые трудоголики решили конвертировать свои деньги в фиат и хранить их за границей. Но у правительства был ответ и на это: контроль за движением капитала. Они внедрили законы, которые ограничивают отток денег из внутренней экономики.

Итак, если у правительства есть все эти рычаги, то какие варианты остаются у нас? Как нам сохранить свое богатство и защититься от разрушений, которые последуют за Третьей мировой войной?

Многие понимают разницу между работой рынков в мирное и военное время. Вероятно, они будут использовать эти знания для создания или закрепления своего богатства и власти. Постарайтесь стать одним из таких участников. Постарайтесь выйти победителем из этой печальной вещи, которую мы называем глобальной тотальной войной.

Если вы думаете, что я немного драматизирую, давайте посмотрим на недавние испытания и невзгоды г-на Романа Абрамовича.

Недавно агентство Bloomberg опубликовало превосходную статью «Лондонская империя Романа Абрамовича рушится из-за укуса санкций». Там описывается влияние антироссийских западных санкций на одного из самых богатых людей мира.

Г-н Абрамович заработал больше, чем, вероятно, каждый читатель этого эссе (не считая барона CZ и короля SBF). Если вы думаете, что богатство = власть, то можно предположить, что законы олигархам не писаны. И вы во многом правы: в мирное время, я уверен, богатство давало Абрамовичу много привилегий в его нынешнем родном городе Лондоне.

Но сейчас Великобритания находится в состоянии экономической войны с Россией. И вы либо патриот, либо изменник, независимо от вашего бумажного богатства. К несчастью для Абрамовича, у него был паспорт с неправильным штампом.

Блумберг описывает, как санкции ударили по его богатству:

«Кремовый особняк Романа Абрамовича в Кенсингтоне имеет более дюжины спален и фургоны охраны, расставленные на каждом конце усаженной деревьями улицы. Среди ближайших соседей — члены британской королевской семьи, стальной магнат Лакшми Миттал и владелец Warner Music Group Лен Блаватник.

Это один из нескольких лондонских активов, купленных российским миллиардером за последние десятилетия. Они помогли сделать город хабом для его состояния. Но в последние месяцы эта точка опоры оказалась непрочной. Все ценные владения Абрамовича в английской столице — от футбольного клуба «Челси» до роскошных домов и доли в лондонской сталелитейной группе Evraz Plc — были проданы или заморожены после вторжения России в Украину»

Годами верховенство закона прочно защищало ваши активы. А в один прекрасный день их заморозили или принудительно продали.

А вот этот отрывок еще щекотливее:

«Он больше не на высоте», — сказал Дэвид Лингельбах, экс-управляющий российскими операциями Bank of America в 1990-х годах. «Мне кажется, что он сейчас в обороне и старается защищаться»

Ни хрена он не в обороне. Правительство Великобритании самовольно аннулировало его права собственности без правильной правовой процедуры. Они фактически заморозили треть его активов одним росчерком пера. Что об этом говорит обычное право? Думаю, в таком случае мы все будем защищаться.

Я здесь не для того, чтобы спорить о том, правильно ли ведет себя Великобритания. Моя цель в том, чтобы просто констатировать: неважно, насколько вы богаты или влиятельны. Любой актив, право собственности на который предоставляется по закону, станет справедливой добычей для конфискации во время войны. Ваш банковский счет, ваш портфель акций, ваш дом, ваша машина — ваше право собственности на эти вещи строится на том, что государство поддерживает и защищает ваше исключительное право на их использование. Если бы такого закона не было, тогда любой агрессивный тип мог бы напасть и отобрать ваши блага.

«Беды» Абрамовича — хороший современный пример. Но давайте вернемся в прошлое, во Вторую мировую войну, и посмотрим, как разные флаги обращались с имуществом своих граждан. В этом эссе я рассмотрю, как Америка, Соединенное Королевство (Великобритания), нацистская Германия и имперская Япония управляли ресурсами во время войны. Я опишу, как они контролировали движение капитала, доступ к еде и ценам, а также владение «твердыми» товарами (валютой и золотом). А потом мы перенесем это в сегодняшний день. Давайте спрогнозируем, что будет, если Третья мировая война начнет перерастать в более крупный конфликт. А также почему биткоин — лучшее средство для простых людей защитить свое богатство.

Прежде чем я начну, короткое объявление:

Время покупать биткоины уже настало, пока вы еще можете это сделать.

Потому что, как только ваши фиатные активы заморозят или установят над ними контроль, ваше богатство нельзя будет конвертировать в более твердую валюту. В тот момент вы будете зависеть от прихоти государства. И вам останется надеяться, что флаг, напечатанный на вашем паспорте, победит. Именно так государство получает поддержку масс — оно отнимает у них способы бегства. Единственный путь к свободе — это пройти через это!

Контроль капитала

В войне победит флаг, который может мобилизовать большую часть ресурсов своих граждан и направить их на ведение войны. Правительство должно взять под контроль эти частные ресурсы либо в физической форме (продукты питания, транспорт, рабочая сила), либо в абстрактной форме (деньги в обороте, акции, облигации и т. д.). 

Физический путь более очевиден и разрушителен для психики. Представьте, что головорез из правительства стучится в вашу дверь и требует отдать всю еду, чтобы накормить голодных солдат. Или что вы работаете по 8 часов в день на переоборудованном заводе по производству боеприпасов за зарплату ниже рыночной. Это делает войну очень реальной для среднего гражданина.

Вместо этого государству выгоднее пойти абстрактным путем, ориентируясь на средства и активы граждан. Правительство всегда находит очень изобретательные способы навязать своим подданным денежный патриотизм.

Его самая безобидная тактика состоит в следующем. Они впаривают народу низкодоходные гособлигации, апеллируя к их любви к флагу и убеждая их патриотически инвестировать свой свободный капитал в правительство. Типичным примером этого являются военные облигации. Военные облигации превращают граждан в «инвесторов» в военных действиях. Теперь интересы всех совпадают. Мы выиграем войну, а вы получите свои деньги обратно.

Эти военные облигации не дают доход выше уровня внутренней инфляции. Потому что, если бы доход превышал инфляцию, правительство постепенно бы обанкротилось. Но власти не станут подчеркивать тот факт, что их доходность ниже уровня инфляции — они рассчитывают на то, что их граждане не заметят, как работают расчеты по облигациям. (Кстати, я считаю, что детям в школах намеренно не преподают финансовую грамотность. Это делает население беззащитным и податливым перед лицом лживых политиков, которые рисуют денежные сказки).

Итак, правительство пытается убедить общественность в справедливости этих облигаций. Средний человек, скорее всего, поймет, что война принесет инфляцию (или, по крайней мере, осознает это, когда война затянется). Пока человеческая цивилизация была оседлой, были и войны. А государство всегда использует инфляцию, чтобы «заплатить» за войну. Вероятно, это заставит граждан искать какие-то пути выхода.

Именно поэтому государство вводит контроль за капиталом — вводит законы, которые ограничивают перевод денег и активов за пределы внутренней экономики. Без них изменники-плебеи превратили бы свой капитал в твердые деньги и перекрыли бы кислород пожару военных действий. Контроль над капиталом делает практически невозможным выход из финансовой системы флага. Ведь военное время запрещает все варианты конвертации нацвалюты в более твердый эквивалент. Власти по сути запрещают покупку финансовых активов с более высокой доходностью, чем государственные облигации. 

Как только граждане страны оказываются в финансовой ловушке, они, скорее всего, сдадутся на волю обстоятельствам. Лучше получать мизерный доход, не превышающий инфляцию, чем вообще не получать доход.

Давайте посмотрим, как различные страны контролировали движение капитала во время Второй мировой войны.

Открытый контроль капитала

Открытый контроль за капиталом напрямую ограничивает движение денег между границами и валютами. Конечным результатом является пул капитала, который можно легко направить на «патриотические» цели.

Америка

Движение капитала за пределами Америки во время Второй мировой войны практически не ограничивалось. У Америки была самая сильная экономика, и внутри ее границ не велись настоящие боевые действия. У отечественного капитала не было особых причин бежать.

Однако был актив, над которым Америка установила строгий контроль. Это золото.

Десятилетиями ФРС обязывалась хранить 40% своей выпущенной валюты в виде золота и выкупать золото, принадлежащее гражданам США, по цене $20,67 за унцию. Но в 1933 году приняли Закон о чрезвычайной банковской деятельности. Он дал президенту больший контроль над банковскими операциями, международными переводами и золотом. А затем во время Второй Мировой президент Рузвельт подписал Указ 6102. Он требовал от американцев немедленного обмена их золота с правительством (в противном случае им грозили штрафы).

Конфискация золота Франклином Рузвельтом означала, что частные владельцы вынуждены сдавать свои монеты, слитки или золотые сертификаты в банк и менять их на доллары по курсу $20,67 за унцию. В следующем году президент поднял официальную цену на золото до $35. Фактически он урезал доллар на 40% в попытке разжечь инфляцию и подстегнуть экономику. Это было частью более масштабных усилий Рузвельта по отказу США от золотого стандарта. Запрет на личное золото оставался в силе до декабря 1974 года, но потом президент Форд легализовал частную собственность.

открытый контроль капитала- Америка

Этот график очень красноречив. Контроль над золотым капиталом длился 41 год, и за это время доллар потерял 80% своей покупательной способности в пересчете на золото. Захваченный капитал — это мертвый капитал.

Великобритания

Великобритания ввела обширный контроль за капиталом. Он охватывал большую часть импорта и экспорта, а также частные портфели и розничные инвестиции. Эта политика была реализована в рамках Закона о чрезвычайных полномочиях 1939 года. Позже ее дополнил Закон о валютном контроле 1947 года.

Под жесткий контроль государства попали продажи ценных бумаг, обмен фунта стерлингов на любую другую валюту и вывоз денег за границу. Ваш капитал в реальности вовсе не был вашим. Вы могли продавать ценные бумаги, менять иностранную валюту или отправлять деньги из страны только в том случае, если правительство сочтет ваши причины весомыми и даст разрешение.

Профессор Дайсуке Икемото писал: 

«Валютный контроль первоначально ввели в 1939 году для целей военного времени. Но его сохранили и после окончания конфликта. Это позволило при смене британского правительства согласовать сохранение фиксированного обменного курса с их политикой управления спросом».

Германия

Во время войны Германия ввела контроль за капиталом, чтобы средства «инвестировались» только в государственные облигации. Я дам более подробный отчет об этих мерах в следующем разделе, когда буду рассказывать о доходах по немецким гособлигациям во время войны.

В послевоенные годы, в первые годы своего существования Федеративная Республика столкнулась с дефицитом счета текущих операций и нехваткой валютных резервов. Поэтому они ввели строгий запрет на любой вывоз капитала резидентами. Правовая основа для этого контроля закреплена в валютных правилах союзной оккупации. К началу 1950-х годов текущий счет Западной Германии превратился в профицит, они наконец погасили все внешние долги страны, связанные с войной. Ограничения на прямые иностранные инвестиции за границу начали смягчаться в 1952 г. А в 1956 г. резидентам разрешили покупать иностранные ценные бумаги.

Япония

У меня нет документов, где подробно описывается контроль за движением капитала среди японских граждан. Но мне в руки попала интересная статья. Там описываются различные способы, которыми Япония тайно вывозила товары первой необходимости, произведенные в оккупированных странах Юго-Восточной Азии. Вот цитата:

«В этой статье анализируется, как Япония финансировала оккупацию Юго-Восточной Азии во время Второй мировой войны, и переправляла ресурсы в Японию. Также описаны монетарные и инфляционные последствия японской политики. В Малайе, Бирме, Индонезии и на Филиппинах выпускали военные сертификаты для оплаты ресурсов и содержания оккупационных армий. Это значительно увеличило денежную массу. Несмотря на это, мы наблюдали гиперинфляцию и повышенный спрос на деньги для переводов в этих странах. Тут тоже сыграло роль жесткое соблюдение Японией денежной монополии и снижение их военного потенциала по доставке ресурсов в страну. В Таиланде и Индокитае затраты на оккупацию и двусторонние клиринговые операции привели к практически неограниченной покупательной способности Японии и позволили перевести в Японию до трети годового ВВП Индокитая»

Итак, Япония из-за нехватки товаров первой необходимости «тратила» до трети годового ВВП Индокитая на топливо для своих военных действий. Как вы думаете, позволяла ли она обычным японским гражданам уклоняться от своих патриотических финансовых обязательств, разрешала ли капиталу бежать за границу? Конечно же, нет.

После войны они сделали акцент на экономическую реконструкцию. Это означало, что приток и отток капитала опять жестко контролировался. Такая политика была введена в действие в первые дни оккупации страны союзниками и в конечном итоге получила свое юридическое обоснование в виде Закона о контроле за иностранной валютой и внешней торговлей 1949 года. В принципе, все трансграничные переводы были запрещены, если только они не получали специальное разрешение от администрации. Лишь в начале 1960-х годов эти ограничения стали ослабевать, да и то лишь для отдельных потоков, тесно связанных с внешнеторговыми операциями.

Глобальная ситуация после войны

Диаграмма показывает, насколько глобальным и длительным был контроль за движением капитала в послевоенный период после вступления в силу Бреттон-Вудского соглашения.

Сегодняшний конфликт

А теперь пора посмотреть, как выглядит открытый контроль за движением капитала в современном мире. В условиях бушующего конфликта Россия предприняла несколько шагов для поддержки рубля. В частности, они ввели для потребителей лимит снятия средств в размере $10 000 и потребовали от компаний конвертировать свои валютные резервы в рубли. Желаемый результат укрепления рубля достигнут. При этом правительство обосновало ограничения, утверждая, что они были необходимы, дабы избежать финансовых проблем. И пообещали отмену ограничений, как только риск уменьшится.

Финансовая репрессия

А теперь снова вернемся ко Второй мировой войне, когда флагманы ввели контроль за капиталом. Их внутренний капитал застрял внутри границ, а плебеи стали ограниченными в своих возможностях для инвестиций. Что они сделали дальше с заблокированным капиталом граждан, чтобы перенаправить его на военные нужды? Они с радостью предложили патриотам долговые обязательства, чтобы помочь финансировать боевые действия. По мере возможностей я пытался составить численную сводку реальной доходности различных «военных облигаций» или других гособлигаций, выпущенных во время и после войны.

Американские военные облигации

К счастью, Минфин США написал отличный отчет об истории методов финансирования Второй мировой войны. Для других профилированных стран у меня нет таких подробных отчетов. Но обратите внимание на то, как собирались деньги, и какие обоснования они использовали. 

Вот фрагменты из этого отчета с добавленными цветными комментариями от вашего покорного слуги.

К началу 1941 года государственный долг быстро увеличивался. Опасность инфляции росла все сильнее, по мере того как расходы на оборону вливали деньги в экономику и отвлекали потребительские товары от рынка. Возникла очевидная необходимость изъять избыточные средства из потока расходов и отложить их на будущее. Это способствует снижению инфляционного давления в критический период.

Это экономика 101 — государственные расходы вытесняют частный рынок. Если правительству нужен танк, у вас не может быть стиральной машины.

Правительство создало новую бюрократию для продажи недавно выпущенных военных облигаций. Известные художники творили искусство, которое помогало убедить рядового гражданина расстаться со своим скудным капиталом.

Вступление Америки в войну поставило перед правительством массу новых проблем, решить которые можно было только с помощью общественности. Нормирование — консервация — рабочая сила — распределение дефицитных материалов — вот лишь некоторые из важнейших программ (в дополнение к покупке военных облигаций), которые требовали общественного сотрудничества.

Очень четко — я бы и сам не сказал лучше.

Идея пришла еще в то время, когда продажи мелких облигаций мелким инвесторам шли очень хорошо. Это породило неприятный вопрос: действительно ли работает программа добровольных облигаций, или надо разработать систему принудительных кредитов правительству ( т.е. обязательные депозиты)?

Только министр финансов Моргентау при поддержке президента Рузвельта выступил против плана [Плана заставить простых граждан отдать свои сбережения государству]. Его мнение было таким, что добровольный путь – это «демократический путь». Но даже Моргентау был вынужден признать, что если будущие военные займы не принесут ожидаемых результатов, то действительно придется рассмотреть какую-либо форму обязательных сбережений.

Если общественность добровольно не даст государству то, что ей нужно, государство должно взять это само. Хотя «принудительный» вариант так и не был принят, Министерство финансов США было готово сделать все возможное для финансирования военных действий, даже если это означало лишение граждан права собственности.

Америка выпустила военных облигаций на сумму $186 млрд (выпуски E, F, G) в период с 1941 по 1945 годы. Вот фотография одной из них.

Были ли военные облигации хорошей инвестицией? Это зависит от того, что вы считаете под словом «хорошо». Если вы думаете, что владельцы облигаций получали доход, превышающий инфляцию, я вас разочарую. Эта диаграмма опровергает любое представление о том, что облигации были «хорошими» инвестициями.

Облигации имели срок погашения от 10 до 12 лет. Предположим, вы купили и держали их до погашения. Приведенный выше график показывает сумму денег, которую вы потеряли в реальном выражении. Это действительно ошеломляет.

Но с точки зрения правительства кампания по выпуску военных облигаций имела оглушительный успех. Общественность добровольно отдала сотни миллиардов скудного капитала во время войны. Этот капитал использовался на вооружение и поддержку армии. А можно было сделать по-другому: конкурировать за ограниченные потребительские товары и бороться с внутренней инфляцией.

Великобритания

Облигации UK Consol — это самая продолжительная эмиссия облигаций любого современного национального государства за исторический период с 1756 по 2015/16 год. Но мы посмотрим на реальную доходность этих облигаций во время и вскоре после войны.

За период с 1939 по 1945 год владельцы облигаций «Консоль» потеряли 24% в реальном выражении. Спасибо за игру!

Германия

В проницательной статье «Финансирование немецкой экономики во время Второй мировой войны» автор Зденка Джонсон рассказала о мерах по секвестру капитала и финансированию военных действий:

«Бизнесмены, торгующие с Рейхом, должны были согласиться, чтобы до 40% платежей за их товары и услуги начислялись в форме беспроцентных налоговых счетов (Steuergutscheine). Эти ваучеры можно было тратить на оплату налоговых обязательств перед государством в будущем. Также они давали налоговые льготы». 

Steuergutscheine решил сразу несколько проблем. В первую очередь, правительство получило очень выгодный кредит, сократило денежные расходы и не должно было выпускать столько гособлигаций для простых людей. Через полгода действия закона частные фирмы «одолжили» государству почти 5 млрд. марок.

Германия ограничила возможности инвестирования в частные ценные бумаги. У банков и частных инвесторов де-факто не было другого выхода, кроме как вкладывать в государственные ценные бумаги. В 1940 г. сберегательные кассы предоставили 8 млрд. немецких марок государству. В следующем году — почти 13 млрд. К концу 1944 г. две трети сбережений хранились в ценных бумагах, 95% которых составляли государственные облигации.

Как во время, так и после войны Германия следовала стандартным рецептам финансирования войны. Заблокируйте капитал, а затем заставьте народ ссужать деньги государству по ничтожным ставкам.

Как мы говорили выше, секвестрированный капитал физических и юридических лиц принудительно отдавался в долг государству. Мне не удалось найти надежных данных о доходности облигаций и показателях потребительских цен. Но ниже есть диаграмма, подробно показывающая рост госдолга в период войны. Единственная точка данных о доходности, которую я нашел, указывала, что доходность в 1939 году составляла в среднем 3,9% и снизилась до 3,5% в 1942 году. Доходность упала, но государственный долг вырос в 4,5 раза. Обычно при резком увеличении предложения при отсутствии всплеска спроса цена должна упасть. Когда цены на облигации падают, доходность растет. Следовательно, даже из этого скудного количества данных мы можем наблюдать, как правительство экономило деньги из-за более низкой доходности, заставляя население «инвестировать» свой свободный капитал в государство.

Япония

У нас нет данных об облигациях или инфляции за военный период.

Хотя доходность ни одной из гособлигаций не превышала уровень инфляции, победители хотя бы вернули обратно свою основную сумму плюс проценты. Владельцы немецких облигаций столкнулись с полным дефолтом и серьезными юридическими проблемами. Они не могли взыскать то, что им причиталось после войны. Это еще раз говорит, как важно выйти победителем.

Сегодняшний конфликт

Пока что ни одна крупная держава не начала продавать «военные облигации». Главным образом это потому, что технически США/НАТО и Россия/Китай не находятся в состоянии войны. Однако в сегодняшнюю эпоху, когда капитал более подвижен, полезнее следить за правилами и положениями касательно инвестирования государственных и частных пенсионных счетов. Поколение бэби-бумеров со всего мира хранит «сбережения» на триллионы долларов в этих управляемых пулах. А правительства намеренно создают правила таким образом, чтобы этот капитал мог пойти только в «одобренные» инвестиции. Обратите внимание на дополнительные ограничения на инвестирование пенсионных сбережений, которые ставят государство выше всего остального.

Мне нужна еда

Теперь я пройдусь по последней крупной форме экономического контроля, которой пользовались правительства в военное время — нормированию продуктов питания. А также его влиянию на цены и заработную плату граждан во время Второй мировой войны. Но сначала отмечу, что ситуация с нормированием продуктов питания в сценарии Третьей мировой войны, скорее всего, будет отличаться от Второй мировой войны. Я думаю, мы с большей долей вероятности получим нехватку продовольствия, а не прямое нормирование продуктов питания. Но само влияние нехватки продовольствия на цены и его культурные последствия будут аналогичными. Поэтому все же полезно проанализировать, что произошло с нормированием продуктов питания в тот период. Давайте начнем.

Япония

Официальное нормирование они впервые ввели в 1938 году и «постепенно расширили, чтобы включить почти все предметы первой необходимости к 1942 году». Как отмечает Дзюнко Баба, нормирование сопровождалось лозунгами «Роскошь — враг» и «Не желай, пока не будет достигнута победа». Продовольственные пайки систематически контролировались. Государство их распределяло в ограниченном количестве в каждое домашнее хозяйство через районные ассоциации (тонари-гуми), которые были в каждом сообществе по всей стране.

Поставки риса перешли под контроль государства в 1939 г., а нормирование потребительских товаров началось на местном уровне в 1940 г. К 1942 г. правительство монополизировало рис, пшеницу, ячмень и рожь. Несмотря на усилия полиции, черный рынок — или, как я люблю говорить, свободный рынок — процветал, облегчая обмен и продажу различных продуктов питания.

(Очевидно, что термин «черный рынок» имеет негативный оттенок, но все, что вы пытаетесь сделать, это накормить свою семью. И как темнокожий я обижаюсь на то, что черный цвет некрасив — отсюда и ребрендинг)

Ниже показан пример, насколько большой может быть разница в цене для одного базового товара.

Цены на рис в период Второй мировой войны

Если вы когда-либо были в Японии (или Азии в целом), то знаете, насколько важен рис для базового рациона. Во времена самураев сословию воинов даже платили рисом.

Как вы видите на графике выше, «реальная» цена риса была в 10 раз выше официальной цены. Учитывая, что основные продукты питания строго нормировались, если вы хотели есть досыта или даже есть вообще, вам приходилось платить за рис непомерные цены.

Если ваш доход не вырос в 10 раз после начала войны, вы стали на 90% беднее в пересчете на рис из-за бумажных денег, которые вы спрятали в своем матрасе. Я задам риторический вопрос: какова ценность фиатных денег, когда вы не можете позволить себе даже тарелку риса?

У меня нет диаграмм, чтобы проиллюстрировать свободные рыночные цены на основные продукты питания для Америки, Великобритании и Германии. Но я кратко опишу режимы продовольственного пайка каждого из этих комбатантов.

Америка

Америка предельно рациональна, когда дает помощь в военных действиях. Шины, сахар, мясо, молоко, кофе и многое другое можно было купить только в пунктах, контролируемых государством. Как отмечает Лаура Шумм,

«30 января 1942 года Закон о чрезвычайном контроле за ценами предоставил Управлению по контролю за ценами (OPA) право устанавливать предельные цены и нормировать продукты питания и другие товары, чтобы воспрепятствовать накоплению и обеспечить справедливое распределение дефицитных товаров и ресурсов». 

Управление по нормированию — это была сложная бюрократическая система. Она насчитывала более чем 8000 местных штабов и ежемесячно переоценивала распределение ресурсов и льгот. Разные слои населения получали разные льготы, и каждому человеку выдавался непередаваемый буклет купонов. Американские семьи поощряли выращивать возле дома «сады победы», чтобы обеспечить себя пропитанием, насколько это возможно.

Если вы думали, что походы по бюрократическим кабинетам — это плохо, то представьте, что вы продираетесь через болото бюрократии, чтобы накормить своих голодных детей.

Великобритания

Великобритания начала военное картирование в 1939 году под управлением Министерства продовольствия. Товары первой необходимости (мясо, сахар, сыр и т. д.) и большинство продуктов (крупы, печенье, рис) распределялись по талонам. Фрукты и овощи не нормировались, но длинные очереди и их нехватка делали снабжение домашнего хозяйства сложной задачей для большинства семей.

Продукты распределялись среди населения по-разному: рабочие получали большую порцию, дети получали больше жиров, матери получали больше молока и т. д. Правительство также поощряло выращивание сельхоз-культур дома в так называемом «саду победы».

Германия

Немецкое нормирование началось в 1939 году, вскоре после начала военных действий. Людям каждые 4 недели выдавались карточки с начисленными баллами на продукты питания. Строгое нормирование вступило в силу до 1942 года. Но и предыдущие 3 года в продуктовых рядах ощущалась нехватка мяса, яиц, молока, хлеба и многого другого. 

Германия также дифференцировала пайки по отдельным лицам (больше для рабочих, матерей, меньше для евреев и т. д.). Неудивительно, что в стране процветал подпольный рынок продуктов.

Сегодняшний конфликт

Снова забегая вперед, ни Америка, ни Европа, ни Россия, ни Китай не начали нормировать продукты. Но помните: история — неидеальный предсказатель будущего. Раньше пайки и талоны на питание помогали накормить голодных людей. Сегодняшняя версия нормирования продуктов питания будет другой. Причем, для всех стран, которые в конечном итоге окажутся втянутыми в Третью мировую войну, или для всех стран, которые зависят от экспорта продуктов питания из этих крупных держав.

Учтите, что современное сельское хозяйство (а точнее, его автоматизация) дало нам прекрасную возможность зарабатывать на жизнь, глядя на экран компьютера. Мы тратим топливо для заправки механизированного сельскохозяйственного оборудования. Мы используем наши знания в области промышленной химии для производства удобрений в больших масштабах. Это позволяет сильно сократить количество фермеров без какого-либо негативного влияния на огромное современное сельскохозяйственное производство. Короче говоря, индустриализация и урбанизация переместили людей с ферм в города.

Представьте себе мир, в котором страны, производящие большое количество глобальных удобрений, ограничивают экспорт враждебным странам. Представьте себе мир, в котором страны, являющиеся «мастерскими мира», отказываются экспортировать важнейшие компоненты, которые нужны для эксплуатации сельхозтехники. Представьте себе мир, в котором поток энергии нарушен. В котором просто нет топлива, необходимого для заправки сельскохозяйственной техники. Результатом будет резкое падение урожайности на полях и, как следствие, голод в определенных странах.

Учитывая, что на поле боя сражаются не миллионы людей, которых нужно кормить, я ожидаю, что нехватка продуктов, вызванная ограничением экспорта и низкими доходами от сельского хозяйства, заменит более прямую нехватку продуктов питания для солдат во время Второй мировой войны. 

Фиатная валюта вашей страны не сможет поспевать за этой продовольственной инфляцией. Если вы попали в такие условия, это означает, что вашей стране структурно не хватает ингредиентов, необходимых для современного сельского хозяйства, и никакое печатание денег не решит этот дефицит. Правительства вводят квоты и субсидии, пытаясь смягчить давление. Но они никогда не работают, а только усугубляют проблему. Зачем бизнесу рисковать, пытаясь решить проблему, когда правительство в конечном итоге просто отнимет их собственность, чтобы обеспечить людей едой?

В этот момент появятся свободные рынки. Свободный рынок прошлого был физическим, но если наличные деньги запретят, и будут приниматься только электронные формы денег, то товары свободного рынка будут оцениваться в электронной валюте. Причем, важно, чтобы цифровые деньги не могло конфисковать государство. Ну, вы поняли. Я предсказываю, что валютой свободного рынка станет биткоин.

Убирайся

Какую мысль мы вынесли из предыдущего раздела? Правительства имеют в своих руках широкий спектр инструментов, чтобы обеспечить финансовую лояльность и ограничить вашу способность инвестировать. История показывает, что такой контроль (в сочетании с другими последствиями войны) обычно наносят довольно существенный ущерб личным финансам простых людей.

Лучшее время начать борьбу с челюстями контроля над капиталом военного времени, — прямо сейчас, до того, как эти меры будут приняты. Помните, что сейчас ваш собственный капитал в фиате равен нулю. Вам разрешен доступ к банковскому счету, портфелю акций и недвижимости только с разрешения государства. Но когда государство скажет «нет» свободе капитала, тогда игра будет окончена.

В век цифровых технологий мы должны очень внимательно относиться к тому, какие цифровые финансовые активы являются фиатными, а какие — настоящими децентрализованными криптовалютами. Если вы думаете, что избежите контроля над капиталом, если переведете свои банковские балансы в евро в банковские балансы в швейцарских франках, то вы упустили суть. Любой цифровой актив, хранящийся в банковской системе, независимо от валюты, может быть конфискован. Нужно полностью выйти из системы. 

Ценность и доступность Bitcoin не зависят от банковских учреждений, зарегистрированных государством. Он находится вне системы и, значит, «вне денег». Конечно, правительство может отключить интернет и электросеть. Но на такое они пойдут в ситуации, если проиграют войну. А значит, вместо беспокойства о своих финансовых активах вам в таком случае нужно будет бежать в другую страну, где есть более комфортные возможности.

Правительство также может запретить конвертацию фиатных денег в биткоины. Скорее всего, они так и сделают, чтобы капитал не ускользнул из их рук. Но невозможно конфисковать биткоин у тех, кто уже владеет им — и вот почему.

Внутренняя ценность Bitcoin

Нет математического способа доказать, что конкретный общедоступный биткоин-адрес принадлежит мне или что я могу потратить биткоины, содержащиеся на этом адресе. Только когда я подписываю транзакцию, можно обоснованно определить, что у меня был доступ к этому адресу в эту конкретную дату и время. Это революция, которую большинство людей еще не до конца оценило.

А что с любым другим денежным активом? Я могу легко определить, кто им владеет без дискретных действий со стороны предполагаемого владельца. Если вы скажете, что у вас есть слиток золота, я увижу золото. Если вы скажете, что ваш банковский счет составляет $1 млн, я могу попросить банк подтвердить это. Если вы скажете, что владеете этим домом, я могу дать запрос в соответствующие органы. Но в случае с биткоином я могу только подозревать, что публичный адрес может принадлежать вам. Но я не могут проверить, действительно ли у вас есть доступ к средствам на этом адресе.

Кроме того, Bitcoin не имеет физического воплощения. Я могу сохранить свой закрытый ключ где-то в укромном месте, чтобы потратить средства только тогда, когда захочу. И никто об этом не узнает. Нет никаких внешних видимых признаков того, сколько биткоинов у меня есть.

Еще приятнее, что вы можете незаметно конвертировать фиатные активы в биткоины. Bitcoin не имеет массы и не занимает место в чемодане. Миллион долларов, конвертированный в биткоин, так же невесом, как один доллар, конвертированный в биткоин. А вот миллион, конвертированный в золото, весит очень прилично. Защитить тонны золота от алчных глаз государства крайне сложно. Слиток золота, фиатные деньги в банке или ваш дом – все это государство может отобрать без вашего согласия.

Чтобы кто-то мог отнять «ваш» биткоин, ему либо нужно знать ваш закрытый ключ, либо вынудить подписать транзакцию. Но что, если вы «забыли» пароль от своего биткоин-кошелька? Тогда средства станут совсем недоступны. В теории, государство может внедрить законы, дающие ему право собственности на определенную группу публичных адресов. Но обеспечить соблюдение этих законов будет довольно сложно, поскольку власти не могут взять под контроль биткоины, содержащиеся в этих кошельках, без согласия владельца.

Конечно, есть очень простой способ получить ваше согласие. Агент государства, вооруженный тупым предметом или пистолетом, может прийти к вам домой и потребовать, чтобы вы подписали транзакцию о передаче вашего биткоина государству. Вы можете возразить, что «забыли свой пароль», агент уколет вам сыворотку правды, переломает колени или наведет пистолет. И вы можете вспомнить свой закрытый ключ в этот момент, а можете и нет. Вы можете навсегда стать калекой или умереть, в зависимости от испорченности политики вашей страны. Но они все равно не смогут добраться до вашего биткоина.

Как выживет Bitcoin

Предположения:

  • Тотальная мировая война
  • Контроль капитала

Если предположения сбудутся, как можно будет майнить биткоины? Имейте в виду, что майнинг необходим для работы сети, это акт проверки и подтверждения транзакций.

Очевидно, что любая страна, которая вводит контроль за движением капитала, может запретить добычу ВТС на своей территории. Так как же будет работать сеть, если все крупные экономики воюют друг с другом?

Одна сторона может решить использовать Bitcoin как финансовое оружие. Если группа стран считает, что работа сети Bitcoin финансово ослабит противника, то согласно теории игр они должны позволить майнерам работать. Конечно, союз будет ненадежным, и если страны в какой-то момент решат, что майнинг ВТС достиг своей цели, то могут запретить его и конфисковать оборудование. 

С другой стороны, в любом конфликте всегда есть нейтральные страны. Они получат хорошие выгоды, позволяя обеим сторонам войны сосуществовать в пределах своих границ. Швейцария не участвовала ни в одной из мировых войн, хотя находится в самом центре Европы. Швейцария от природы не наделена большим количеством природной энергии. Но представьте себе, что другая страна с богатым источником природной энергии решает перенять нейтральный подход Швейцарии. Это было бы идеальным местом для работы биткоин-ферм. Майнеры будут облагаться высокими налогами, но им, по крайней мере, позволят работать. Биткоин продолжит существовать, и нейтральная страна станет местом рождения криптовалютного капитала.

Наконец, помните, что до 2013 года, пока не появились в широком доступе ASIC, добыча ВТС была прибыльной для обычных любителей, использующих ПК. Конечно, скорость хэширования сети в то время была намного ниже. Но красота Bitcoin в том, что он имеет саморегулируемую сложность сети. То есть, майнинг может вернуться к мощностям, которые позволят зарабатывать обычным пользователям ПК (а не только акулам бизнеса). Если коммерческий майнинг запретят, сеть и дальше будет работать, нашлись бы предприимчивые люди.

Тумблер цен

«Артур, вечно ты пишешь какое-то страшное дерьмо, чтобы оправдать свою предвзятость на рынке ядерных медведей».

Я ожидаю услышать много вариантов подобной реплики в ответ на свое эссе. И если это ваше мнение, вы не поняли мой месседж.

Читатели могут волноваться, что в этот раз я не даю прогноза цен на случай эскалации экономической войны. Точка, в которой война становится «тотальной» для обеих сторон, — это точка, в которой вы теряете все возможности защитить себя в финансовом отношении. Фиатная цена ВТС перестает быть вещью. Кого волнует, сколько долларов/евро/японских йен/юаней/рублей и т. д. можно купить за один биткоин, если вам запрещено конвертировать фиатные валюты во что-либо, кроме внутренних государственных облигаций?

В этот момент я ожидаю, что цена ВТС переключится с фиатного курса на курс нефти. Нефть является источником энергии, которая питает современную цивилизацию. Цель владения Bitcoin — поддерживать постоянную покупательную способность по отношению к нефти. Новым обменным курсом станет «биткоин за баррель нефти».

И напоследок.

Цель состоит в том, чтобы оставаться финансово гибким перед лицом капризов войны. Никогда не стоит хранить 100% своего капитала только в одном денежном инструменте, будь то биткоин, фиат, облигации, акции, недвижимость, товары или золото. Но ваша возможность перевести свои фиатные активы в ВТС и другие «реальные» активы существует только сегодня. Будет ли она завтра — неизвестно. Помните это.

Другие эссе Артура Хейса

Как вам статья?

20
0

статьи на эту же тему

Торговля криптой по событиям. Какие...
avatar Ivan Pavlovskyy
23.09.2022
«Фрагменты» — новое эссе Артура...
avatar Dmitriy Yurchenko
23.09.2022
Формирование стоимости биткоина на...
avatar Andrew Makarov
22.09.2022